дом леви
кабинет бзикиатрии
кафедра зависимологии
гостиный твор
дело в шляпе
гипнотарий
гостиная
форум
ВОТ
Главная площадь Levi Street
twitter ЖЖ ВКонтакте Facebook Мой Мир
КниГид
парк влюбленных
художественная галерея
академия фортунологии
детский дворик
рассылочная
смехотарий
избранное
почта
о книгах

объявления

об улице

Levi Street / Гостиный Твор / Гости / Марина Ильичева / Котята в бутылке, или весенняя история

 

Котята в бутылке, или весенняя история


Пролог

Привет! Меня зовут Хор. Мое имя звучит странно, не правда ли? Дело в том, что оно музыкальное. Такие же музыкальные имена и у моих друзей-котят: Серенада, Соната, Симфония и Концерт. Мы вместе со своими мамами живем у хозяйки. Для нас она сделала удобные полки в углу комнаты. Там у нас стоит диван с тремя подушечками, на нем обычно сидят наши мамы. Мою маму зовут Бата… А-а, совсем забыл! Еще с нами живет кошка Эля. У нее нет котенка, поэтому она сидит одна и ни с кем не общается. А еще у нас есть тетя Соня. Это сестра Серенадиной мамы. Она иногда играет с нами, а главное, рассказывает интересные сказки.
А прошлой весной с нами случилась такая удивительная история! Мы с котятами отправились в плавание на настоящем корабле! Я бы с удовольствием рассказал вам об этом, но, увы, хозяйка меня опередила. Она написала про нас целую книгу! «Котята в бутылке» называется! Это потому, что наш настоящий корабль был именно бутылкой. А назывался он…
Но об этом читайте дальше, уже в книге моей хозяйки!
Итак…

Хозяйкина книга

(ведётся от третьего лица)

Мне 13 лет

Посвящаю тем моим подругам,
которые на стесняются играть
в куклы.
Огромная благодарность моим
родителям
за отличную вёрстку, лучшим подругам
Арише Загвозкиной и Лере Лобко
за соучастие и понимание, первому
слушателю – младшему брату Саше
и моим милым кукольным котяткам
за навеянное вдохновение.


Особая благодарность моей бабушке
Шершовой Алле Валентиновне.

Глава 1

День выдался на удивление солнечный и теплый. Снег таял с бешеной силой, и все уличное пространство заполнялось ручьями. Котята быстро проснулись с надеждой на то, что сегодня хозяйка устроит катание на бутылке.
Хор медленно открыл один глаз. Комнату привычно озарял солнечный свет. За столом сидела хозяйка и держала в руках… Бутылку!
Хор тут же открыл второй глаз и, подпрыгнув от радости, растолкал своего друга Концерта.
– Концерт! Ко-о-нцерт! Хозяйка делает для нас бутылку! Вставай!
От такого громкого крика даже хозяйка вздрогнула.
– Что случилось? – взволнованно спросили девочки.
– Хозяйка мастерит для нас лодку, – задумчиво проговорил Хор.
– А может, и ракету! – встрял Концерт.
– На которой мы будем кататься по ручьям, – закончил Хор.
В глазах котят заплясали радостные огоньки.
– Ура! – пропищала Соната.
Все дружно подхватили ее крик.
Бутылка лежала на столе. Солнечные блики искрились на ее прозрачных боках и на выведенной золотыми буквами надписи: «Течение». На крыше кораблика находился люк, через который хозяйка просунула синюю тряпочку с белыми цветочками по краям. Котята сидели, затаив дыхание, напротив своего корабля. Он казался им невиданным изобретением – огромной подводной лодкой…
– Ну что, мои хорошие, пора гулять! – объявила хозяйка, обращаясь к котятам.
Запрыгав от радости, котята начали забираться в люк. Через несколько мгновений они, охваченные радостным волнением, сидели в бутылке. Было жарко, и прозрачные стенки запотели так, что котята могли рисовать, проводя лапкой по пластику.
Бутылку отнесли в прихожую, где она стояла на деревянной тумбочке до тех пор, пока не оделась хозяйка. Наконец девочка взяла бутылку в руки, вышла из квартиры, звякнув ключом, спустилась вниз (я специально не описываю выход хозяйки во всех подробностях, потому что котятам через нарисованные цветочки было мало что видно).
Котята оказались на улице. Через сосочку просачивался холодный воздух, и бутылка снова стала прозрачной. Котята сразу увидели большой, бурный ручей, текущий вдоль тротуара и утекающий за угол дома – далеко-далеко.
– Ура! Ура! – закричали котята в бутылке, радуясь тому, что они сейчас поплывут. Хозяйка спустила кораблик на воду. Бутылка вальяжно поплыла, покачиваясь на воде. Приключение началось!

Глава 2

«Течение» быстро набирало скорость, и вскоре бутылка понеслась так, что хозяйка еле успевала бежать по тротуару вслед за корабликом. Котята были счастливы. Они кричали и визжали от страха и радости.
Через стенки кораблика пассажиры все прекрасно видели. Больше всего им хотелось узнать, что же там, за углом дома. Кораблик чуть притормозил и, развернувшись, пошел на поворот. Котята смотрели во все глаза. Ручей там становился шире, мощнее и утекал в огромную черную трубу.
– Ой-ей-ей! – встревожилась Симфония. – Я надеюсь, хозяйка нас остановит?
– Остановит, – не очень уверенно сказала Серенада.
Хозяйка бежала совсем далеко, а течение ручья все ускорялось и ускорялось. В глазах котят мелькнул испуг. Труба становилась все ближе и ближе, котята уже могли разглядеть ее блестящие черные бока, безжалостно всасывающие в себя воду и все, что в ней плавало. Кругом ходили люди.
– Помогите! Остановите нас! – дрожащим голосом запищал Хор. Но никто даже не повернул голову.
– Хозяйка, помоги, останови нас! – закричали котята в один голос. До трубы оставалось чуть больше метра. Было видно, что хозяйка бежит изо всех сил, но ручей бурлил и нес кораблик с бешеной скоростью. Котята заплакали. Спасения не было. Вот вода забурлила сильнее, бутылку закрутило…
– Помогите… – успела крикнуть Соната, прежде чем бутылка исчезла в трубе. Котят обступила непроглядная тьма и гул текущей воды. Но даже сквозь этот гул котята услышали крики хозяйки где-то совсем близко:
– Нет! Не-е-ет!
Вскоре глаза котят привыкли к темноте. Они плыли по туннелю. Под ними бурлил поток воды, так жестоко разлучивший котят с хозяйкой.
– Мы все умрем, да? – раздался в тишине слабый голос Сонаты. Ей никто не ответил. Все были поражены: бутылка остановилась.
– Помогите! Вытащите нас отсюда! – отчаянно закричал Концерт. Голос его эхом отразился от сводов туннеля.
– Это бесполезно, – вздохнула Серенада. – Мы сейчас глубоко под землей. Нас не услышат.
– А-а-а, – простонал Концерт, падая на спину, – мы пропа-а-ли…
– Нам надо отцепиться! – неожиданно громко и живо крикнула Серенада. – Рано или поздно ручей выйдет из трубы!
– Давайте раскачаем бутылку, – предложил Хор.
– Идея! – крикнула Серенада, и котята начали как ошалелые носиться взад-вперед по своему кораблю. Идея оказалась хорошей: что-то хрустнуло, и кораблик понесся дальше по течению.
– Получилось, – устало выдохнула Серенада.
Казалось, конца туннелю не будет. Они плыли, и плыли, а черные своды все тянулись во тьму.
– Бесконечных труб не бывает, – то и дело успокаивала сама себя Серенада. Котята напряженно вглядывались в даль, насколько это было возможно.
– Земля! – радостно закричал Хор.
Впереди виднелось пятнышко света.
– Ну, не земля, наверное, а свет, – радостно рассмеялась Серенада. К котятам вернулось хорошее настроение.
Кораблик, важно покачиваясь на воде, выплыл из трубы. После черного туннеля яркий дневной свет слепил глаза. Котята плыли по небольшой сточной речке с высокими обрывистыми берегами. Молодые ветлы склонились к самой воде, удивляя своими пухлыми желтыми почками. Котята невольно залюбовались. Речка бурлила, образуя пороги у больших камней. Каждый раз, попадая на такой порог, котята вскрикивали «Ой», ударяясь головой о потолок бутылки. На одном из таких порогов котята снова остановились.
– Раскачаем бутылку? – предложила Симфония.
– Нет, надо научиться открывать люк! – крикнула Серенада.
Скотч, заклеивающий люк, размок, и котятам не составляло труда его отодрать. Свежий воздух ворвался в бутылку, осыпав котят нежной пыльцой ветел и кристалликами речной воды.
– Ну что, может быть, выберемся на камень? – спросила Соната.
Не дожидаясь ответа Серенады, котята один за другим вскарабкались на камень, выступавший из воды. На улице было гораздо холоднее, чем в бутылке, и камень был такой скользкий, что котята едва удержались на лапах.
– Давайте вытаскивать корабль! – предложил Концерт, глядя на беспомощно болтавшуюся в воде бутылку.
– Мы не сможем! – отрезала Серенада, и решительно двинулась по каменному мостику на берег. Котята кивнули и пошли вслед за ней.
– Ой! – крикнул Хор. Котята быстро обернулись к товарищу. Хор висел над водой, из последних сил держась лапками за скользкий камень.
– Ах! – вскрикнула Серенада. – Хор, держись за меня!
Котенок ухватился за Серенаду. Приложив усилие, Серенада все-таки вытащила пухленького Хора, и повела на берег, где на песочке сидели остальные котята.

Солнце ярко светило на самой середине неба. Утомленные котята сладко спали на молодой весенней травке на берегу речки.

Глава 3

Река бежала так быстро, что Хор едва различал, куда плывет. Он отчаянно молотил лапками по воде, но силы покидали его. Котенок все чаще уходил с головой под воду. Он пытался схватиться за кораблик, но тот уплывал от него, как малек от хищной рыбы. Вода заливала в уши, в нос…
Хор проснулся. Шел дождь. Кораблика не было.

– Что случилось? – зевая, спросила Симфония, только что разбуженная Хором.
– Наш кораблик уплыл! – выпалил Хор.
Симфония быстро вскочила на лапы.
– Надо разбудить остальных!
– Нет, пойдем вдвоем, так будет лучше.
Симфония рассеянно кивнула и двинулась вслед за Хором. Речная вода покрылась пузырями и забурлила, превратив речушку в водоворот. Котята устало шли по берегу, вода тяжелыми каплями стекала с их шерсти.
– Чт-т-то теперь делать? – стуча зубами от холода, спросила Симфония.
– Я залезу на дерево, – решительно сказал Хор, указывая на высокую ветлу, с удобными раскидистыми ветками. – Поможешь?
– Помогу!
С помощью Симфонии Хор резво поднялся на дерево по удобным веткам на самый верх.
– Что видно? – сгорая от любопытства, крикнула стоящая внизу Симфония.
Хор не ответил, увиденное застало его врасплох. Речка снова уходила в черную трубу, еще более широкую и мощную, и там, в белой пене у самой трубы болтался кораблик «Течение». Котенок молча спустился с дерева, и наткнулся на пылающую от любопытства мордочку Симфонии.
– Там опять труба, – пояснил Хор, – и у самой трубы застрял наш кораблик…
Не дослушав, Симфония пустилась бежать к котятам. До Хора донесся крик: «Надо рассказать остальным!», когда кошечка скрылась за камнем.

Дождь утих. Последние лучи ласкового солнышка просачивались сквозь облака, когда котята подошли к трубе.
– Ну и ну… – протянула Серенада, осматривая бутылку. – Хор, как ты предлагаешь туда залезть?
– Об этом я как-то не подумал, – смущенно пробормотал Хор.
– Вот именно! – поддержала друга Симфония, – ты у нас старшая, ты и думай!
Серенада смутилась. Она действительно была на год старше всех котят, но она и представить себе не могла, что на нее возложится такая ответственность.
– Ладно, ладно – вдруг сказала Соната. – А что, если протянуть палку и перейти по ней?
– Соната, ты у нас просто чудо! – воскликнула Серенада. – Хор, Концерт, принесите палку!
Котята быстро притащили длинную сухую палку, поросшую ягелем, и перекинули через часть реки, отделявшую их от заветного кораблика.
– Кто пойдет первым? – поинтересовался Концерт.
– Я! – вызвалась Серенада.
Смелость мелькнула в глазах кошечки и смешалась с оранжево-алыми лучами солнца. Серенада уверенно встала на палку и пошла к кораблику. Буйный поток воды несся под ее лапами. До бутылки оставалось совсем немного…
Но Серенада оступилась, упала в бурлящий поток и исчезла в трубе. Все произошло так быстро, что оставшиеся на берегу котята не сразу поняли, в чем дело. Первым зловещее молчание нарушил Хор:
– Надо спасать Серенаду!
– Боюсь, это невозможно… – грустно вздохнула Симфония.
– Еще как возможно! – разозлился Хор. – Мы догоним ее! – С этими словами Хор залез на палку и быстро пробежал до самого корабля.
– Вот видите, трусы! – отчаянно крикнул он, залезая в люк. – Если очень хочешь, все возможно!
Боясь, что от злости и отчаяния Хор уплывет без них, котята друг за другом двинулись по палке, перепрыгивая то место, где споткнулась Серенада. Через несколько мгновений четверо друзей уже сидели в «Течении».
– Вперед! – крикнул Хор, навалившись на нос кораблика так, что тот дернулся и ворвался в тоннель.

Гул бурлящей воды снова обступил котят. Все сидели тихо, боясь сказать слово. «Что, если мы не найдем Серенаду», – подумал Хор. – «Как же будет переживать ее мама, когда мы вернемся без нее…»
Хор вспомнил молодую красивую кошку с золотыми локонами и добрыми-добрыми синими глазами. Он невольно подумал о своей маме, и невольно содрогнулся: что, если он больше никогда ее не увидит?

Гул потока воды обступал котят, погружая их в непонятную тьму грусти и отчаяния. Конца тоннелю не предвиделось, но никто не успокаивал плачущую Сонату, никто не приободрял закрывшего мордочку лапками Концерта, никто не болтал с Симфонией. Течение неслось вглубь тоннеля, беспорядочно натыкаясь на камни.
– Эй-эй-эй! – раздался вдруг крик из глубины тоннеля.
Котята вскочили и прильнули к пластиковым стенкам бутылки.
– Эй-эй-эй, котята! – раздалось где-то совсем близко.
Концерт, судорожно вглядывающийся вдаль, прокричал в ответ:
– Серенада, мы ту-у-ут!
Услышав имя Серенады, Котята бросились к Концерту. Бутылка завернула за угол, и они увидели стройную белую кошечку, дрожащую от холода и страха, сидящую на небольшом выступе в трубе.
– Серенада, Серенада! – закричали котята.
На мордочке кошечки появилась улыбка. Она протянула лапки, чтобы остановить бутылку, но кораблик пролетел мимо, осыпав Серенаду мелкими брызгами.

– Почему мы не остановились? – недоумевал Хор, когда кораблик выплывал из трубы.
– Но как? – воскликнула Соната и смахнула лапкой слезы. – Мы так быстро плыли…
Кораблик вырвался из трубы, течение сразу стало медленней, и котята смогли спокойно разглядеть, где оказались. Речка здесь расширялась и стала похожей на озеро, по берегам стояли многоэтажные городские дома из стеклянных и бетонных блоков. Огромный вантовый мост перекинулся через реку, и по нему с ревом проносились машины. Хор случайно обернулся назад, на трубу, и невольно ахнул: песчаный берег словно разрезало множество одинаковых черных труб. Как теперь им найти Серенаду?

Глава 4

Сумерки медленно опускались на город. Небо подернулось серо-лиловой дымкой, в которой медленно зажигались маленькие голубые звезды. Прозрачная речная вода стала темно-синей, почти черной. Котятам даже пришлось натянуть тряпочку на всю нижнюю часть бутылки, чтобы не видеть ужасающего темного дна.
– Мы вообще больше не остановимся? – поинтересовался Хор.
– Как получится, – протянула Симфония. – Я не знаю, как останавливаться.
«А Серенада наверняка знает», – подумал Хор. На глаза котенка навернулись слезы, когда он представил маленькую кошечку Серенаду, сидевшую в холодной темной трубе. «Она наверняка зовет на помощь, – подумал Хор, – а ей никто не отвечает…»
Неожиданно грустные раздумья Хора прервались резким толчком.
– Мы врезались в бетонный колышек! – провозгласил Концерт, сидевший на носу корабля, то есть у самой крышки бутылки. Бутылка находилась четко под мостом, а «бетонным колышком» оказался торчавший из воды обломок от старой конструкции моста. Хор внимательно посмотрел на невысокое бетонное заграждение и приметил для себя что-то очень важное. У него созрел план.
С наступлением ночи котята завозились в бутылке, укладываясь спать. Внутри было темно, и только неестественно яркие городские огни, попадая на бутылку, просачивались внутрь, озаряя котят тусклым светом. Хор устроился поудобнее в уголке и плотно прищурил глаза. Первой частью его плана было претвориться спящим, и у него это отлично получилось! Котята, подумав, что Хор спит, улеглись рядом с ним и сладко засопели. Выждав несколько минут, котенок, убедившись, что все заснули, осторожно открыл люк. Огромная зеленоватая луна светила на черном небе. Раньше Хор видел луну и звезды только из окна, а сейчас… Огромное черное небо нависало над его головой, пугая своей бездонностью и необъятностью.
Котенок, стараясь не глядеть на небо, вылез на бетон и побрел в сторону берега. Бетон был неровным, кое-где котенку вообще приходилось перепрыгивать через отдельные участки воды. Песчаный берег с трубами становился все ближе и ближе. Вдруг лапки котенка соскользнули, и он, больно оцарапавшись о бетон, полетел в воду. Вода быстро сомкнулась над его головой, не давая котенку никакой возможности выбраться. Хор ничего не видел – то ли вода залилась ему в глаза, то ли в реке было слишком темно. Котенок все глубже уходил под воду. «Я пропал», – в отчаянии подумал он. Дыхание его было на исходе, мысли путались.
Вдруг чьи-то лапы крепко схватили его за бока и резким рывком вытащили на поверхность. Хор откашлялся и посмотрел на незнакомца. Это был крупный черный котенок примерно его возраста с ярко-желтыми глазами.
– Ты кто? – дрожащим голосом проговорил Хор.
– Меня зовут Бемоль, я здесь живу.
Хор внимательно посмотрел на Бемоля. С шерсти нового знакомого стекала вода.
– Ты умеешь плавать? – удивленно спросил Хор, поглядывая на Бемоля.
– Конечно! – воскликнул котенок – А ты нет?
– А разве котята вообще умеют плавать? – удивился Хор, а сам подумал: не верю я этому Бемолю, подозрительный он какой-то, при случае спрошу у мамы!
– Ну, ты, может быть, и не умеешь, а я умею!
«Точно подозрительный».
– А-а, понятно, – протянул Хор, и подумал, что котенка подозрительней он еще не встречал, – а где твоя мама?
Бемоль отвернулся и всем своим видом дал понять, что ему больно об этом говорить.
– Она потеряла меня, – грустно проговорил он, – когда мы с мамой и хозяйкой проходили по мосту, меня уронили прямо в воду… – Бемоль посмотрел на Хора глазами, полными грусти. – Мама думает, что я погиб!
– Как зовут твою маму? – неожиданно для себя живо заинтересовался Хор.
– Эля. Элеонора де…
– Брайт?!
– Да. У нее черные волосы с белыми прядями по бокам, желтые глаза…
– Но ведь у Эли нет котенка! – крикнул Хор так, что его крик слабым эхом разнесся под мостом.
– Ты что-то знаешь о моей маме?! – воскликнул Бемоль.
– Да, она живет… жила со мной.
– Вези меня к ней!
Неожиданно Хор встал на край бетонной глыбы над самой водой, гордо вскинул голову и важно провозгласил:
– Мы примем тебя на борт корабля «Течение», Бемоль! Но при условии: ты поможешь мне искать кошечку, которая осталась в трубе, – Хор указал лапой на песчаный берег.
Черный котенок рассеянно кивнул:
– Пошли!

Огромная темная птица парила над водой, будто что-то выслеживала. Две точечки медленно двигались по берегу к черным трубам. Эти точечки были котята…
– Ты точно помнишь, какая труба? – спросил Бемоль, разглядывая круглое черное отверстие.
– Да, точно! – Хор прошел вдоль трубы, пока та не ушла в землю. Он осторожно постучал лапкой по черному покрытию. – Серенада…
Хору показалось, что в трубе что-то заскрипело.
– Серенада! – громче позвал он.
– Хор!!! – раздался гулкий голос из трубы.
Хор радостно повернулся к Бемолю:
– Слышал?! Серенада тут! Скорее плыви за ней!
Бемоль удивленно посмотрел на Хора:
– Смеешься?? Как же я поплыву против течения?
Хор опустил голову. «Он же обещал помочь», – с досадой подумал он, – «больше никогда не буду доверять подозрительным котятам».
– Вот если твоя Серенада прыгнет в воду, я, может быть, смогу поймать ее… – начал Бемоль.
– Серенада! – крикнул Хор, – Прыгай в воду!
– Как? Зачем? – раздался из трубы удивленный голосок.
– Прыгай, не бойся!
Раздался гулкий всплеск.
– Я же сказал: «может быть», – протянул Бемоль как раз в тот момент, когда Серенада, отчаянно размахивая лапами, выплыла из трубы.
После этого Бемоль, по мнению Хора, повел себя очень странно. Он глубоко вздохнул и надул щеки, набирая воздух. Потом прыгнул в воду, на какое-то время исчез, а показался уже с Серенадой. Сражаясь с течением, он доплыл до берега, и вот мокрая кошечка, отряхиваясь, сидит на берегу. Серенада была спасена!

Легкий весенний ветерок пробегал по невысоким кустикам, скрюченным и чахлым, выросшим прямо на песке, опускался на землю и образовывал рябь на речной воде. На песке у самой кромки воды лежала ракушка – маленькая, белая и такая гладкая, как будто кто-то специально подточил ее бока.
– Это тебе, – прошептал Хор, поднимая ракушку и поднося ее Серенаде.
Кошечка смутилась.
– Знаешь, – начала она, – мне никто никогда не дарил ракушку…
– Хор! – вдруг крикнул Бемоль, поворачиваясь к котятам, – куда теперь идти?
– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – удивился Хор.
– Серенада тогда кричала… из трубы. Вот я и услышал!
– Эх вы, дурачки! – рассмеялась Серенада. – Даже представиться забыли, а сразу меня спасать!
Котята рассмеялись и пошли дальше. Они шли по песчаному берегу, и с каждым шагом в них пробуждалась скрытая ранее радость. У Серенады – радость, что она наконец спасена, и черные трубы для нее были закрыты. У Бемоля – радость от того, что он скоро, может быть, увидится с мамой, а у Хора – что у него есть такие чудесные друзья.
Котята шли и шли, пока не уперлись в бетонные глыбы старого моста. На глыбах, почти сливаясь с ними, сидел серый-серый котенок.
– Концерт, – проговорил Хор, – что ты здесь…
Не дослушав, Концерт бросился к Серенаде, и начал обнимать ее, но вдруг взгляд его упал на черного котенка.
– А ты кто? – выпалил Концерт.
– Меня зовут Бемоль. Я здесь живу…

Глава 5

Бутылка, покачиваясь, плыла по реке. Вода лизала ее прозрачные бока, будто полируя их. Вантовый мост и трубы остались далеко позади. Теперь перед котятами открывались леса и поля, покрытые сочной молодой зеленью. Кое-где встречались маленькие покосившиеся домики. Настроение у юных путешественников заметно ухудшилось. Шансы вернуться домой утекали вместе с речной водой.
– Это что – деревня? – спросил Хор, разглядывая берега с невысокими домиками.
– Да, – ответил Бемоль, – у хозяйки в деревне есть подруга, если мы ее встретим…
– Тихо! – шикнула Серенада, – смотрите, там табличка!
Кошечка указала лапкой на левый берег, где на белой воткнутой в землю табличке красовалась надпись – вероятно, название деревни.
– Кто умеет читать? – подначила Симфония.
Воцарилось молчание. Бутылка предательски плыла дальше, грозясь оставить белую табличку позади.
– Надо запомнить буквы… – бормотала Серенада. – Зэ, а, гэ, о, эр…
– Я, эн, кэ, а, – продолжил Бемоль.
– Запоминаем! – крикнула Серенада и уставилась в табличку.
Маленькая волна подхватила бутылку и понесла дальше.
– Так надо это прочитать! – воскликнул Бемоль. – Я запомнил буквы!
– А ты умеешь? – улыбнулась Серенада.
– Ну-у-у, – протянул Бемоль, – смотри: «зэ» плюс «а» равно «за»…
– Это математика какая-то получается! – засмеялась Соната.
– Тихо! «Гэ» плюс «о» равно «го». Заго…
– Загорянка! – вдруг крикнула Симфония. – Я помню, хозяйка рассказывала!
– Останавливаемся! – провозгласил Бемоль, и уперся в стенку корабля. Тот остановился, немного покачался на воде и уперся в прибрежную тину.
– Как у тебя это получилось? – поинтересовалась Серенада.
Бемоль не ответил и начал открывать люк. Свежий воздух ворвался в бутылку. Удивительно, но за городом было гораздо холоднее, чем представляли котята. Кое-где островками лежал плотный белый снег.
– Ура, ура! – радостно крикнул Бемоль и вскочил на крышу бутылки.
Перед его глазами предстал огромный песчаный обрыв, заросший молодыми березками. На обрыве стоял трехэтажный коттедж с огромными переливающими стеклами. Но самой чудесной была стеклянная беседка, приделанная к обрыву и нависавшая над самой водой как гнездо гигантской птицы.
– Ты уверен, что это ее дом? – пролепетала Серенада.
– Уверен!
Котята один за другим начали выбираться на берег. Среди снега и молодой травки прорастали синие и белые подснежники. Симфония сорвала один и кокетливо приколола за ушко.
– Тебе очень идет, – прошептал Бемоль и помог Симфонии забраться на обрыв.
Подъем оказался трудным. Лапы котят вязли в грязи, и приходилось хвататься за пучки травы, чтобы не сорваться вниз. Наконец-то котята уперлись в стеклянную стену беседки. Там, за изящным хрустальным столиком сидела девочка лет одиннадцати. Она была одета в ярко-оранжевое платье в цветочек. Волосы ее, каштанового цвета, спускались на плечи двумя косичками, а румяные щеки были покрыты веснушками.
Серенада осторожно постучала в стекло. На прозрачной поверхности остался грязный след. Девочка резко повернула голову. Ее серые глаза наполнились гневом.
– А… Арина? – неуверенно проговорил Бемоль.
Неожиданно гнев в глазах девочки сменился радостью, на лице ее просияла улыбка.
– Ах, какие котятки! – воскликнула она и кинулась к двери.
Дверь отворилась с такой силой, что чуть не сшибла котят с ног. Девочка схватила котят в руки и чуть не задушила их в объятиях, потом поставила на стол и начала бесцеремонно рассматривать каждого.
– Бемоль, – шепнула Симфония, – ты уверена, что это… Арина?
Бемоль неуверенно кивнул. Уверенность таяла на глазах, а улыбка девочки все разгоралась.
Вдруг раздался хлопок, заставивший котят замереть. Хлопнув дверью, на крыльцо вышла женщина.
– Наталья! – прокричала она, почему-то смотря на беседку. – Наталья, пора домой! Хватит сидеть в беседке! Ее не для того построили, чтобы ты в ней сидела.
«А для чего же», – с удивлением подумал Хор. Но больше всего его удивило, что девочку звали Наталья. Выходит, Бемоль ошибся?
Наталья, возмущенно фыркнув, вышла из беседки. Дверь захлопнулась. В беседке воцарилась молчание. Яркие лучи заходящего солнца отражались на стекле, создавая красивые картинки из солнечного света. Река неутомимо бежала вперед, звонко пели птицы. Природа невозмутимо продолжала жить, а котята сидели под стеклянным колпаком, как в тюрьме, как в заточении.
– Что мы теперь будем делать? – в отчаянии проговорила Соната.
Бемоль сокрушенно опустил голову.
– Это я виноват.
– Виноваты мы все, – сказала Серенада, – сейчас наша задача – выбраться отсюда…
Вдруг загородную тишину взорвал собачий лай. Дверь в «стеклянный колпак» открылась, и вбежали три огромные белые собаки. Их пасти были оскалены, глаза горели. Наталья, ведущая собак, рассмеялась, и, закрыв дверь, радостно побежала по садовой дорожке. Так вот для чего построили беседку!

Жуткая белая собака, лая и визжа, запрыгнула на столик. Тот упал. На пол посыпалась груда карандашей, Натальины тетради, которые она забыла в беседке, и… котята!
Больно ударившись о стеклянный пол, Хор вскочил и кинулся к двери. Он отчаянно толкнулся вперед, но только ударился о стекло. Дверь была заперта.
– Помогите! – вдруг раздался отчаянный крик Сонаты. Хор обернулся, и чуть не умер от страха. Собаки начали по очереди хватать котят в зубы и швырять об пол. Только Бемоль, чудом удержавшийся на столе, кричал:
– Не паникуйте, собаки так игра-а-а…
Белая собака с пятном на лбу схватила его в зубы. Котенок вырвался, упал на пол и продолжал кричать:
– Во что бы то ни стало, надо отсюда выбираться!

Глава 6

Легко и незаметно вечер опускался на деревню. Медленно туман обволакивал просторные луга, соловей звонко запел свою вечернюю песню, полевые цветы, будто убаюканные его сладким пением, смыкали свои лепестки и опускали головки. Медленно, словно просыпаясь от дневного сна, очерчивался силуэт луны на сине-сером прозрачном небе. Случайным жителям, гулявшим в тот вечер по берегу реки, пришлось наблюдать странную сцену: с холма, на котором стоял коттедж, известный как поместье местного чиновника, низвергалась странная процессия: Впереди бежали шесть маленьких котят, таких маленьких, что нельзя было точно различить каждого, а в существовании одного котенка можно было бы сильно усомниться, так как из-за своей черной шерсти он почти сливался с землей. За котятами, грозясь в любой момент догнать их, бежали три разъяренные гончие собаки, за собаками бежала девочка в легком белом платьице, уже основательно заляпанном грязью. За девочкой бежала целая толпа взрослых: родители девочки, ее телохранители, няни и многочисленная прислуга. Замыкал эту процессию вызванный из-за этого переполоха наряд охраны на мотоциклах. Никто и подумать не мог, что такой переполох навели какие-то шесть маленьких котят, случайно забежавших в беседку к девочке.

До бутылки оставалось совсем немного. Котята бежали изо всех сил, но собаки не отставали. Вот уже лапа Бемоля коснулась спасительного люка, тот открылся, и котенок запрыгнул в бутылку. За вечер она нагрелась на солнце, и в ней было тепло и приятно. Котенок уверенным жестом поманил остальных. Вот в бутылку ловко запрыгнула Серенада, за ней Хор, потом – Симфония, Концерт. Только Соната еще бежала по берегу. Из-за плохой спортивной подготовки кошечка была малоподвижной, и всегда прибегала последней. Вдруг одна из собак резко вырвалась вперед и схватила кошечку. Но не тут-то было! Вторая собака подбежала и вырвала кошечку у нее из пасти. Завязалась настоящая драка, а третья собака тем временем подбежала к кораблику и засунула в люк лапу.
– Соната!!! – отчаянно закричал Концерт.
Кошечка не ответила.
– Нам нужно уплывать! – продолжил котенок, с ужасом посматривая на собаку. Ее морда нависала над корабликом, глаза горели любопытством. Соната по-прежнему не отвечала. Только изредка мелькала ее пестрая шерсть между собачьими зубами.
– Они… разодрали Сонату? – прошептала Симфония.
– Надеюсь, что нет, но мы отправляемся, – решил Бемоль.
– Ты предлагаешь бросить Сонату здесь?! – удивленно воскликнула Серенада.
– Да.
Бемоль оттолкнулся от стенки, и кораблик медленно двинулся вперед по заболоченной воде рядом с берегом. Течение быстро подхватило бутылку. Она начала быстро набирать скорость…
– Стойте! – вдруг раздался вопль с берега.
Хор, сидевший сзади, резко оглянулся. Соната бежала за корабликом.
– Бемоль! – крикнул котенок. – Останавливай!
Бемоль навалился на стенку, и кораблик остановился в вязкой береговой тине. Пестрая кошечка радостно прыгнула в люк. Кораблик вздрогнул, будто накренился под весом шестерых котят, и понесся по течению. Все осталось позади – и жуткие собаки, чей лай еще долго слышали котята, и девочка Наталья, которая кинулась в речку, то ли чтобы поймать уплывающий кораблик, то ли чтобы успокоить своих любимых собак, и толпа людей вперемешку с охраной, еще долго галдящяя на берегу. А котята плыли. Плыли вниз по реке навстречу новым приключениям…

Никогда еще Хор не видел такой удивительной ночи: звезды светили так ярко и образовывали такие причудливые созвездия, которые не увидишь в городе из окна, птицы пели так сладко, что от одного их пения слипались глаза и клонили в сон. Котенок прилег на коврик-тряпочку и закрыл глаза. Как приятно почувствовать под собой движение речной воды…
В какой-то момент Хор понял, что летит. Речные волны как-то незаметно превратились в облака, а бутылка поднялась в воздух и поплыла, как по воде. Котенок посмотрел вниз, и у него закружилась голова. Под его лапками проносились леса, луга, озера и реки. Неожиданно под Хором провалился пол, послышались встревоженные голоса…
Хор проснулся. Он осторожно отодвинул край подстилочки и с ужасом обнаружил, что и вправду летит.

Глава 7

Котенок резко вскочил. Его друзья уже встали и, сгрудившись в уголке, тревожно перешептывались.
– Что происходит?! – заорал Хор. – Почему мы… летим??
Котята вздрогнули, Концерт поднес лапку к губам и шепнул:
– Посмотри наверх.
Хор задрал голову и не сразу понял, в чем дело. Люк был открыт, точнее, никакого люка и не было. В крышу бутылки, будто целясь сжать ее и разломать на кусочки, впились огромные когти. Длинные, изогнутые. Раньше Хор видел такие только в мультиках про Тарзана.
Котенок, испугавшись, втянул голову в плечи и посмотрел на птицу. Я думаю, вы уже догадались, что это была птица. Обладательница когтей оказалась хищной птицей, вроде ястреба. Ее тело было обильно покрыто пышными перьями черно-коричневого цвета. На каждом пере была темная точка, очевидно, для маскировки.
Хор упал на спину и закрыл глаза – то ли от страха, то ли от мысли о том, что птица унесет их далеко-далеко от привычных мест. А бутылка, конечно же и не догадываясь о его мыслях, все летела и летела – точнее, птица все несла ее и несла.
– Может быть, можно как-то остановиться, – размышляя вслух, сказала Серенада, – птица же не будет лететь вечно!
– Не будет, – протянул Бемоль, – вариантов несколько:
А) птица сбросит нас на землю, и мы, скорее всего, разобьемся;
Б) птица отнесет нас в свое гнездо и скормит птенцам;
В) …
Хор заткнул уши лапками. На глаза навернулись слезы отчаяния. Что делать, что теперь будет?

– Хор! – услышал котенок. Он открыл глаза.
– Ты лежишь так уже полчаса, – лепетала склонившаяся над ним Серенада.
– Ой, прости, я наверно не выспался сегодня!
Серенада поспешно кивнула и ринулась к стене бутылки, к которой буквально прилипли все остальные котята:
– Тогда смотри!
Хор кинулся к стене. Прямо под его лапами – точнее, под бутылкой – простиралась бесконечная пелена воды. В отдельных местах из темно-сине-зеленой воды выступали острые, как скалы, камни. Море?!
Хор уже был на море, он прекрасно помнил, как они летели на самолете, как он сидел на раскладном столике и пялился в окно, где проносились белые облака. Потом было море. Хор вспомнил, как сидел на теплом, нагретом на солнце песочке, как пробовал язычком соленую воду. На море были и все остальные котята, кроме Бемоля. Черный котенок сидел, широко раскрыв рот.
– Что это? – пролепетал он. – Я привык к воде, ведь я жил на реке. Но такого скопления воды я еще ни разу не видел! Что это? – настойчиво повторил котенок.
– Это… – Хор замялся.
– Море, – неуверенно продолжила Серенада.
Птица продолжала лететь, и вот уже не стало видно берега. Под бутылкой проносилась теперь бесконечная пелена темной воды. Кое-где будто вспыхивали на морской синеве белые барашки. Бемоль смотрел на всю эту красоту, открыв рот, остальные сидели молча.
– У нее гнездо на другой стороне моря? – неуверенно предположила Соната.
– Нет! – отрезала Серенада. – Море очень большое, почти бесконечное, и у птицы не может быть возможности…
Кошечка умолкла. Резкий порыв ветра прижал ее к полу.
– Что происходит?! – заорал Хор. Голос его утонул в свисте ветра.
Котенок посмотрел вниз. Море стремительно приближалось. Птица все-таки отпустила их.
Хор испуганно закрыл глаза. В ушах свистел ветер, шумела морская вода, все ближе и ближе. Раздался гулкий всплеск, Хор почувствовал сильный толчок, потом он понял, что бутылка уходит под воду. Котик испуганно открыл глаза. Темнота. «Неужели я ослеп», – с ужасом подумал котенок, – «Или умер!» Ледяной ужас будто пробрался под шкуру котенка.
Вдруг бутылка вздрогнула и вырвалась из воды, как торпеда. Хор вздохнул с облегчением. Солнечный свет проникал в бутылку, рядом сидели его друзья, немного потрясенные, но радостные.
– Что мы теперь будем делать? – поинтересовалась Симфония.
– Что делать? – улыбнулась Серенада. – Плыть дальше!
Хор посмотрел на море. Сквозь прозрачный пластик оно казалось бесформенным и расплывчатым. А может, оно такое и есть?
Но котенка волновало не это. Кругом, куда бы он ни посмотрел, было море.
– Плыть дальше? – переспросила Симфония, – Но как, точнее, куда? Кругом море!
Серенада кинулась к стенке. Казалось, она сама не ожидала, что Симфония права, но ей пришлось с этим согласиться.
– Да, – неуверенно протянула кошечка, – ты права.
– И что нам теперь делать? – громко спросил Концерт.
– Ну, вообще-то, – протянул Бемоль, – мы можем определить, где берег. Море ведь – как озеро, да? Замкнутый водоем?
– Да, – подтвердил Концерт.
– Ну вот! А в любом водоеме при ветре бывают волны!
– А сейчас как раз ветер! – вставила Симфония.
– Отлично! Значит, мы все-таки медленно, но движемся, и через какое-то время волны вынесут нас к берегу.
– То есть, в какую сторону нас относит, там и берег? – уточнила Серенада.
Бемоль кивнул. К котятам вернулось хорошее настроение.

Яркий круг солнца светил на самой макушке неба. Тонкие лучики отражались на воде и серебрили ее. Подул бриз. Кораблик медленно, но поплыл – как утверждал Бемоль, к берегу. Котята были счастливы, их, пожалуй, мучил один единственный вопрос: вот они доплывут до берега, а что будет там? Город, деревня, лес или степь? Куда они пойдут, что будут делать?
Бемоль блаженно растянулся на коврике, подставив мордочку лучикам солнца, которые проходили через нарочно открытый котятами люк.
– Как дела? – весело спросила Симфония, наклонившись над Бемолем.
Котенок приоткрыл один глаз:
– Отлично!
– А как у тебя? – спросила кошечка у вдруг осмелевшего Концерта, который залез на крышу и вглядывался в морские просторы, – что видно?
– Что-то… – котенок замялся, – Бемоль, ты не знаешь, что это?
Разморенный морской погодой черный котенок нехотя поднялся и выглянул в люк:
– Ну, что еще?
– Да вон, смотри: оно все ближе, и ближе…
Бемоль потер лапкой глаза и тут же удивленно захлопал ими:
– Большой корабль?!

Глава 8

Огромный пароход, важно покачиваясь на волнах, двигался прямо к котятам. Почти все высыпали на крышу и с удивлением разглядывали сверкающую белоснежную палубу, по которой прогуливались пассажиры.
– Какая красота! – прошептала Симфония, выбираясь на крышу.
– Вопрос один: как нам в него… э-э-э… не врезаться, – сказала Серенада, разглядывая винт внизу корабля.
На миг в глазах Бемоля, взявшего на себя обязанности рулевого (котята уже научились управлять своим кораблем), появился страх, но потом он решительно сказал:
– Мы успеем!
Котята как по команде навалились на стенку кораблика, но он даже не сдвинулся с места.
– Ветер дует нам навстречу! – закричал Бемоль.
Котята навалились сильнее – тщетно. Вдруг сильный толчок заставил котят отступить. Бутылку закрутило в водоворот.
– Еще не все потеряно! – закричал Бемоль тогда эту странную фразу, которая впоследствии стала крылатой в кругу кукол-кошек.
Котята не ответили. Их слишком испугал вид огромного винта, словно перемалывающего воду на кусочки. Проклятое течение несло бутылку прямо на него.
Хор закрыл глаза. В этом состоянии он чувствовал себя наиболее комфортно. Все страхи куда-то улетучивались.
-А-а-а! – раздался жуткий крик.
Хор в ужасе попытался открыть глаза и не смог. Жуткая какофония звуков обступила котят. Бутылка, видимо, попала прямо на винт – и закрутилась, закрутилась…
Хор лежал на тряпочке, закрыв голову лапами. Он вдруг почему-то вспомнил, как они освободились от собак. Бемоль тогда предложил достать и поддеть высокую щеколду карандашом Натальи. Это получилось, и тогда котята распахнули дверь и побежали вниз по холму. «А что, если чем-нибудь подцепить этот винт», – подумал Хор, но тут же понял, что в этом нет необходимости: винт остановился. Глаза Хор открыл легко и спокойно, но ничего не увидел.
– Ах! – раздался из темноты слабый голос, – что это было?
– Серенада? – переспросил Хор. – Ты где? Я ничего не вижу!
Мягкая лапка Серенады дотронулась до его плеча:
– Я тут. А где остальные?
Хор начал шарить лапами вокруг себя и тут же заехал в мордочку Концерту.
– Осторожней надо! – взвизгнул котенок.
– Прости, я ищу остальных!
– Давайте устроим перекличку, – тихо предложила Серенада.
– Давай!
– Котята, все, кто в этой бутылке, назовите свои имена! – провозгласила кошечка, и тут же добавила: Серенада.
– Хор!
– Концерт!
– Бемоль! – крепкий котенок подошел ближе.
– Соната… – раздался слабый голосок в углу.
– А где Симфония, – удивился Хор. – Симфония!
– Я тут! – раздался голос кошечки, и тут же, почти одновременно с этим криком, зажегся свет.
Хор зажмурил глаза. Постепенно котенок, привыкая к яркому свету, смог разглядеть, где находится. Кругом была вода – да, обычная морская вода, только почему-то очень темного цвета. А наверху…
Вместо голубого неба над ними нависало огромное проржавевшее днище корабля со множеством люков, винтов и приспособлений. Один такой люк был открыт, из него торчала лестница, по которой спускалось трое людей в темно-синих обтягивающих костюмах. В руках у них были зажаты разнообразные инструменты.
Человек, шедший первым, светил фонарем прямо на бутылку. Трудно было разглядеть его лицо, но Хор почему-то понял, что он улыбается.
– Ха! – рассмеялся человек с фонарем, – мусор попал в двигатель.
«Это мы – мусор?!» – в ярости подумал Хор, но промолчал, думая, что человек все равно его не услышит. И только сейчас котенок понял, что бутылка зажата между лопастями винта.
– Сейчас мы это вытащим! – сказал второй человек, хватаясь рукой за бутылку. – Кидают в море всякий мусор, – бормотал он, – пустые бутылки, банки… Вот это и приводит к авариям!
«Пустые бутылки», – подумал Хор, – ну, это уже слишком». И котенок отчаянно заколотил по пластику в том месте, где бутылку держала рука. Человек обернулся, на лице его мелькнуло удивление.
– Эй! – позвал он другого человека, – смотри!
Тот подошел и тут же выхватил бутылку со словами: «Отнесу своей дочке, пусть поиграется!»
Котята сидели тихо и молчали, пока механик, как назвала человека Серенада, не отнес бутылку в свою каюту.
– Ну и ну! – только и смог выговорить Хор, когда за механиком захлопнулась дверь. Бутылка лежала на столике в каюте. Столик был пластмассовый, выступал прямо из стены и чем-то напоминал столик в самолете. У стены стояла небольшая кровать, у другой стены – шкаф, полки с инструментами. Но самым удивительным было круглое окно в полстены, за которым проносилось бескрайнее море и, словно белые брызги, взлетали с воды чайки.
– Предлагаешь выбраться? – покосилась на Хора Серенада.
– Я ничего не предлагаю, – начал оправдываться Хор. – А вообще-то, – котик улыбнулся, – это хорошая идея.
И тут же в подтверждение своих слов он вылез из бутылки. Кровать была накрыта ужасно колючим шерстяным пледом. Хору стало неудобно, и он перепрыгнул на столик. Там, среди разбросанных мелочей, лежал темно-коричневый мобильный телефон.
– Смотрите, телефон, – протянул котенок.
– Ты что, телефонов никогда не видел? – улыбнулась вылезающая из люка Серенада.
– Ну, видел… – безучастно ответил Хор.
И тут же гениальная идея пришла ему в голову. На лице котенка просияла улыбка:
– А что, если позвонить хозяйке?

Шестеро котят сидели на раскладном столике в каюте механика и вспоминали номер хозяйки. Серенада одобрила идею звонка, да и с телефоном котятки разобрались довольно быстро. Нужно было нажимать на кнопку с цифрой, и тут же нужный символ появлялся на экране.
– Я помню первые цифры – неожиданно встрепенулась Соната. – 8-903-….
– Отлично, – начала Серенада, – я помню дальше – 793-43-54… Хм-м…
– Кажется, 29, – сказал Бемоль. – Ладно, Хор, набирай….
Котенок послушно набрал. В трубке послышались гудки. Котята сидели, затаив дыхание. Хозяйка была их единственной опорой, единственной надеждой, единственным спасением.
– Алло, – раздался до боли знакомый голос в трубке.
– Х-хозяйка? – прошептал Хор.
– Кто это говорит?
– Это мы, твои котята,– привычным, уверенным голосом ответила Серенада. В трубке повисло молчание.
– Но, – послышался удивленный голос девочки,– этого не может быть, это невозможно, вы же наверно погибли?
– Это она нас спрашивает? – подумал Хор, а вслух сказал: Мы живы, вот слышишь, это я, Хор.
– Мы плывем на большом корабле по морю,– пояснила Серенада.
– Но как? Как вы туда попали? С вами все в порядке?

– Да, – заверила Симфония. – Ты помнишь, кто такой Бемоль?
Черный котенок попятился назад.
– Как она могла меня забыть?– обиженно промычал он.
– Бемоль? Но ведь он …– снова раздался голос в трубке.
– Я жив, проговорил Бемоль. – Я здесь, вместе с остальными котятами.
– Нет, мне, наверно все это снится, – успокаивала себя хозяйка. – До свидания, котятки…
– Нет, стой!– сказала Серенада. Всегда спокойный и уверенный голос кошечки сорвался на крик, – Пожалуйста, спаси нас, мы хотим снова оказаться дома, увидеть тебя и своих мам.
– Хорошо, – голос девочки стал решительнее,– я приеду к своей подруге, у нее домик на море. А вы постарайтесь плыть к берегу, я должна найти вас.
– Да, – в один голос сказали котята. В трубке послушались короткие гудки. Серенада нажала на красную кнопку, и воцарилось молчание.

Глава 9

«Как красив закат!» – думал Хор, сидя у иллюминатора. Палубы почти не было видно, и перед котенком открывался великолепный вид на море. Словно пересекала бесконечную пелену воды золотистая дорожка, сотканная из лучей заходящего солнца, чей алый полукруг виднелся на горизонте. Корабль плыл, плыл неспешно и медленно, и, очевидно, к берегу. Котята почти не чувствовали этого движения, так как корабль был в сто раз больше привычной им бутылки.
– Может, все-таки здесь переночуем? – заныла Соната, растягиваясь на кровати.
– Нет, – грубовато осадил Бемоль младшую кошечку,– мы отплываем сегодня.
Казалось, даже Серенаде не понравилось это решение. Но кошечка промолчала, признав, что Бемоль старше ее, и следует ему уступить. Через несколько минут котята начали собираться: хозяйственная Симфония вытряхнула коврик-тряпочку и аккуратно постелила на дно бутылки. Бемоль с важным видом осмотрел повреждения от когтей птицы и вмятины от винта. И уверенно сказала, что они не опасны. Когда корабль был готов к отплытию, Концерт озадачил Бемоля вопросом: Как мы выберемся из каюты?
– Да легко,– рассмеялся Бемоль, – смотри и учись.
Кортик разбежался и с размаху врезался лбом в дверь. Котята рассмеялись. Только Симфония кинулась к Котику.
– Ты не ударился? – взволнованно спросила кошечка.
– Немного, – простонал Бемоль, потирая ушибленный лоб.
– Эта дверь очень тяжелая, – заметила Симфония. – Что, если нам навалиться на нее всем вместе?
– Ты умница, – похвалил кошечку Бемоль. – Котята, давайте за работу!
Котята дружно спрыгнули с кровати, и по команде бемоля навалились на дверь. И к удивлению та легко подалась. Котики вытащили кораблик на палубу. Свежий морской воздух сразу ударил в нос котятам, и только сейчас они осознали, что в каюте пахло пылью и затхлостью. Бемоль повел компанию котят к небольшой канатной лестнице, спускающейся в воду. Перекладины были из конопляной веревки, угрожающие покачивались над водой.
– Но, – замялась Серенада, – это опасно.
Бемоль строго посмотрел на кошечку: «Это единственный выход».
Сильный порыв ветра взъерошил его черную шерсть. Котенок начал аккуратно спускаться по конопляной веревке
¬– Бемоль вырос на природе, – подумал Хор, глядя на его крепкие лапы и хорошо сложенные тело. – А что он хочет от нас, от котят, выросших на мягких диванах в маминой ласке?
– Хор, – окликнул рыжего котенка Бемоль, – ты следующий!
Хор испуганно посмотрел на море. Вода плескалась у самого борта корабля, осыпая котят моленными брызгами. Котенок неуверенно поставил лапку на перекладину. Веревка натянулась и закачалась под его лапами. Внезапно сильный порыв ветра закрутился над котятами. Хор крепко вцепился в конопляную веревку и закрыл глаза, хотя в этом не было необходимости. Вокруг как-то незаметно образовалась тьма, ветер свистел в ушах. Сердце Хора билось очень медленно, почти остановилось, но душой он чувствовал, что что-то происходит. Когда котенок открыл глаза, густая тьма начала рассеиваться, будто лучи заходящего солнца сожгли ее. Ветер не стих, но стал слабее, так что Хор смог уменьшить свою хватку. Он повернул голову сначала в сторону корабля, потом на нижнюю перекладину. Котенок ахнул от удивления – Бемоль исчез. Кораблик «Течение» болтался у конца лестницы, прикрепленный за край веревки.
– Бемоля унесло ветром?– пролепетала Соната.
– Нет, – выбежала из-за ее спины Симфония,– мы должны спасти его.
– А, по-моему, нужно плыть дальше, – уверенным тоном произнесла Серенада. К кошечке вернулось ее привычное чувство лидерства. Хор стоял на веревке и почти не слушал разговора кошечек, он любовался закатом. Лучи ярко-алого света бликами отражались в его глазах.
«Я всегда знал, что Бемоль особенный, – думал Котенок. – С первой минуты, когда увидел его».
– Хор! – вдруг крикнула Серенада,– твоя привычка мечтать в самый неподходящий момент нас однажды подведет. Котенок вздрогнул: «Что?».
– Спускайся вниз, в кораблик, мы решили плыть дальше,– доходчиво объяснила котенку Серенада. Хор кивнул, и аккуратно начал спускаться по веревке.

Тьма. Кругом лишь тьма. Темная, непроглядная. Думаете, это очередной сон Хора? Нет. Или с бедными котятами опять что-то произошло? Нет. Это ночь на море. Такая ночь, когда вода темного цвета и черный воздух сливаются воедино. Когда небо глубокое и яркое, не замутненное назойливым светом уличным фонарей, когда яркими четкими точками не замирают на небе звезды. Это ночь на море. Вода лизала прозрачные бока кораблика. Ветер был сильный и тот плыл довольно быстро. Хор не спал. Широко открыв глаза, котик сидел, прижавшись к стенке. «Мы плывем к берегу,– думал котенок,– и радость отражалась на его лице. Он почти забыл про Бемоля. Будучи уверенным, что котик найдется. Хор зевнул и завалился на коврик. Ужасно хотелось спать. Недолго думая, рыжий котенок закрыл глаза и провалился в сон. Этой ночью ему снилась хозяйка. Она, смеясь и улыбаясь, бежала по кромке моря, весело махая руками.

Глава 10

Занимался рассвет. Казалось, ночь пролетела как-то удивительно быстро, оставив после себя свежесть в морском воздухе. Симфония сидела молча. Взгляд ее был устремлен далеко за горизонт, туда, где солнце встает из воды. На глаза кошечки одна за другой наворачивались слезы. Она только и успевала смахивать их лапкой. Она ждала Бемоля. Ждала, вдохновленная надеждой. Закрывая глаза, серая кошечка видела перед собой четкий силуэт котенка. Открывая их, она смотрела на море и слушала крики чаек. Но вдруг…
Какое-то пятнышко мелькнуло в морской пелене. Кошечка всматривалась вдаль до рези в глазах, и сделала для себя вывод. Эта точечка – котенок. И тут же слезы радости брызнули из ее глаз. «Бемоль!» – закричала кошечка, смеясь и захлебываясь слезами. Первый яркий луч солнца осветил черного котенка, плывшего на каком-то обломке корабля, напоминающем прогнившую доску. Яркие блики-огоньки заплясали в его глазах, пробуждая их магическое сияние. Симфония схватилась за край люка, подтянулась и вылезла на крышу. «Бемоль! – еще раз прокричала кошечка, широко улыбаясь. Черный котенок оперся лапками о стенку корабля. Доска стукнулась о борт «Течения». Котенок ловко соскочил на крышу.
– Привет! – тихо сказал котенок, прижимаясь к Симфонии.
– Я ждала тебя, – прошептала кошечка. Волны словно окрасившиеся в оранжевый цвет, плескались перед огромным солнечным кругом. Синяя вода будто отступила, уступая дорогу солнцу. Самую волшебную и самую значимую дорогу на свете – дорогу в новый день.
– Я люблю тебя, – тихо, но уверенно произнесла Симфония.
Бемоль посмотрел на кошечку своими ярко-желтыми таинственными глазами.
– Я тоже тебя люблю, Симфония, – признался котенок. Котик и кошечка сидели на крыше кораблика, радуясь новому дню. Счастливее их не было никого на свете. А вдалеке уже давно показался берег. На крышу высыпали остальные котята. Они сидели такие счастливые, все вшестером. Пугливый, но милый Хор, который, как я думаю, очень понравился всем читателям. Зазнайка-умница Концерт. Скромница Соната. Добрая ласковая Симфония. И таинственный черный котенок Бемоль. Все они плыли навстречу новому дню – такие взрослые и смелые. За несколько дней путешествия они повзрослели на несколько лет. Бутылка уткнулась в песчаный берег, где среди камушков и ракушек стояла хозяйка…

Москва – Загорянка, 2010 год



Гостиная Марины Ильичевой





Rambler's
Top100


левиртуальная улица • ВЛАДИМИРА ЛЕВИ • писателя, врача, психолога

Владимир Львович Леви © 2001 - 2017
Дизайн: И. Гончаренко
Рисунки: Владимир Леви
Административная поддержка сайта осуществляется IT-студией "SoftTime"

Rambler's Top100