|
Здравствуйте, друзья,
давно не общались, соскучился. Из многих писем: взаимно.
И вот снова встречаемся в слегка обжитом, как салон самолёта, пространстве нашей рассылки. Встречаемся, чтобы доверительно беседовать, вместе думать, при надобности помогать друг другу...
Друзья, усталые от работ, забот, сует, спешки, нерешённых проблем, конфликтов, донимаемые недомоганиями, тревогами, горюющие после потерь, неудач - пожалуйста, не отшатывайтесь, не вникнув, от стихов, картин, рисунков, фотографий, видео, музыки, которые можно увидеть\услышать в этой рассылке и непременно выйдущих вслед за ней. Всё это взаимосвязано, составляет единую потоковую канву, построено так, чтобы работать на внутреннее освобождение, оздоровление, душевное обновление, прояснение ума, стойкость духа, бодрость, уверенность - создаёт настрой.
ВСТРЕЧ БУДЕТ ЕЩЁ МНОГО
Друзья, чтобы облегчить восприятие моих рассылок, в основе однонаправленных, но как книги, до пестроты разных по темам и форме\стилю подачи, давно собирался делать выпуски объёмом поменьше, частотоЙ публикаций побольше. Долго не решался, да и времени не хватало. Но вот переходим от намерения к действию.
Так выглядит передняя сторона обложки книги ДОКТОР МОЗГзаписки бредпринимателя, избранные рецепты осмысленной жизни. Первое издание в 2014 г.
А это внутренний разворот обложки.
Ребёнок на фото в левом верхнем углу за домашним пианино, почти не видным, - шестилетний я в настроении, какого и сейчас желаю себе и вам. В концовке выпуска яснее увидите и это настроение, и моё любимое пианино, ему помогающее.
Ногастого клоунастого чёрного человечка и очкастого полубелого можно найти и в других моих книгах, например, в КОМИЧЕСКОЙ АТАКЕ.
Доктор Мозг присвоил себе подзаголовок БРЕДприниматель не только для забавной игры букв и понятий и потому, что долго работал психиатром (и сейчас иногда приходится, он- и оф-лайн), но и потому, что живёт среди так называемых нормальных людей. Бывалые коллеги поспешат уточнить: недообследованных), калейдоскопически разные внешне и внутренне, как вот эти, с картины британского художника Уильяма Хогарта "Хор певчих", 1478 г.
О чём поют, что?
Наверное, молитвы?
Видно и не специалисту: у каждого свой характер, своя судьба, свой бредок или полновесный бредище.
Физиономический подарок через века...
СПАСЁТ ЛИ МИР КРАСОТА?
Ещё как! Но как и какая?
Слева - надеюсь, узнали: Александр Сергеевич Пушкин, слегка печальный, но не без иронии.
Мой карандашный рисунок к стихотворению о нём из книги "Зачёркнутый профиль."
Справа - Сандро Боттичелли "Весна". 1478 г
Картина великого художника, многим моим друзьям-читателям и
пациентам подарила восторг жизнерадостности.
"Красота в глазах смотрящего"
Этот красивый афоризм (Beauty is in the eye of the beholder) в разных переводах приписывается разным авторам: ирландской писательнице Маргарет Вулф Хангерфорд (в романе "Молли Бон" (Molly Bawn), 1878 г., древнегреческому философу Протагору...)
О спасении. О быть или не...
Почему красота?..
Об этом можно спросить Фёдора Михайловича Достоевского.
Красота спасёт мир, - уверенно изрёк один из персонажей его романа *ИДИОТ*.
Не главный герой, носитель этого жёсткого ярлыка - житейски беспомощный, но духом сильный и красивый, почти святой князь Мышкин, - а один из его собеседников, наивный молодой человек Ипполит.
Три слова слились в афоризм, воспринимаемый как вдохновенное пророчество самого Фёдора Михайловича, не склонного к оптимистичным сказочкам про людей.
При сегодняшних угрозах, нависающих над нашим земным шариком и всем живым на нём, при зверском безумном злобствовании жестоких, мстительных, невменямо бездушных существ нашей планеты от уничтожения её удержит Красота, на которую им на..ать,которую они же оскверняют и уничтожают?
Трудно представить. Если вправду быть тому - СПАСЁТ, то какая именно красота - чего, кого, для кого? чья?
Как удержит, какой силой? Какой тайной? Каким чудом?!
В земном мире нашем, при всех его диких ужасах, кошмарах, уродствах - столько прекрасного, столько красот природных, рукотворных, мозготворных...
Не верней ли предположить, что мир спасёт не сама красота, а её создание и спасение человеком?
Ведь правда, красота даже не идеальная, скромная, негромкая, почти незаметная, обладает притягательностью, очарованием, родственным гипнотическому воздействию. Что такое в сравнении с пышной роскошной розой или красавцем пионом крошка незабудка или малышка фиалка? А одуванчик, нежнолучистый осколок Солнца?..
Друзья, прошу некоторой доли читательского терпения. Не о цветочках теперь, а о мужской работе и трудовом поте. Это могучее молчаливое существо - когтистый пернатый лев с почти человеческим лицом - произведение неизвестного мастера, живёт у нас дома - в спальне, в углу на стене, высоко, почти под потолком. Весом около полутонны. Называем его Грифоном, не уверен, вполне ли правильно. Я ещё иногда с нежной гордостью зову его "мой спасёныш", почему так?
В так называемые лихие девяностые, сокрушительно обнажившие дикость и подлость человеческого эгоизма архитектурная красота московских домов и не только московских, и не только домов, жадно, бездумно, безжалостно и безвкусно приносилась в жертву, скажем просто и понятно, баблу.
Наш Грифон тоже не избег такой участи. Вместе с тремя собратьями того же вида надёжно и красиво поддерживал арки между домами номер 7 и 9 Архангельского переулка (советски переименованного в Телеграфный).
Всё своё московское детство\отрочество я прожил в доме 7 - был "домсемьский", как называли нас мальчишки соседних домов, задиристые вояки, а мы в безответке не оставались: "дом три - нос утри", "дом восемь - показать (кое- что) просим...".
Грифоны были символами, поддержкой и украшениями нашего уличного самосознания.
Примерно как для Булата Окуджавы его Арбат.
И вот как-то в сумеречные постперестроечные, когда я уже года четыре жил в другом районе столицы, охватила меня внезапная ностальгия и как котёнка за шиворот потащила на Чистопрудный бульвар, в выливающийся из него через трамвайную линию родной переулок , к родным домам семь и девять.
Гляжу - вот те на!...
Оба дома в паутине многоэтажных строительных лесов.
А грифоны где?
Нету. Ни одного. Как и не было.
Это как соперировали и отрезали умолчим что.
......Стоп-стоп-стоп! - а это что или кто?!...
На длинной дощатой ступени между первым и вторым этажом в руинной бардачности высится куча каких-то разноформенных каменных глыб.
Вглядываюсь. И глазам не верую.
ОН!?
ГРИФОН!!
ОДИН ИЗ!!!!
Куски. Расчленёнка.
Понятно. Строители-перестройщики. Сбили. Расколотили..
А дальше?
На свалку куда-нибудь?
Ну уж нет. Заберу к себе. Сложу куски в прежнее целое. Склею как-нибудь, и останется у меня... Не получится? Ну а вдруг... Ну а как вообще оттуда его доставать? Как и куда увозить?Тяжеленный небось. Да и кто позволит? Воровство стройматериала пришьют...
*****
Хорошо иногда посомневаться, поколебаться, склоняясь в решениях то туда, то сюда. Превратиться в ходячий безостановочный маятник. А потом вдруг застыть столбом. И ура!
Решение принято.
Призываю друга.
Друга-строителя. И меломана как я, строителя и меломана - правильное сочетание, мужское без брутала.
Олег, помнишь?
Когда достаточно стемнело, взяли "Газель", легкий полугрузовик тогдашних времён.
Подкатили со стремянкой в нём ровно к местоположению нашего спасаемого, сняли с лесов все его куски и кусочки, хотя некоторые, увы, уже не давали надежд.
Зато главные части легко соединились дома спецклеем. Кроме хвоста. Что за лев без хвоста? Он ведь из кошачьих, кошак натуральный, хотя с пёрышками. Научился бы ещё и мурлыкать:)) А тереться боками о ноги и на колени людям вспрыгивать ни-ни-ни!
Поднимать бесхвостую громадину в верхний подпотолочный угол пришлось по способу строителей египетских пирамид - соединёнными усилиями толкать по гладкой длинной доске, под малым углом от пола - выше и выше вверх, и на нужной высоте закрепить.
Не красавчик, но выразителен. Гипносила наглядная.
ДИТЯ МОЁ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО
Расскажу теперь о Спасателе по призванию. Великом враче, мыслителе, музыканте, нравственном гении.
Текст и иллюстрация из книги "Зачёркнутый профиль".
Седьмая фуга
Мое знание пессимистично,
моя вера оптимистична.
Альберт Швейцер
СОН В НОЧНОЙ ВРАЧЕБНОЙ ДЕЖУРКЕ
Приснилось, что я рисую,
рисую себя на шуме,
на шуме... Провел косую
прямую - и вышел в джунгли.
На тропку глухую вышел
и двигаюсь дальше, дальше...,
А шум за спиною дышит,
и плачет шакал, и кашель
пантеры, и смех гиены
рисуют меня,
пришельца,
и шелест
змеи...
Мгновенный
озноб.
На поляне Швейцер.
Узнал его сразу,
раньше,
чем вспомнил,
что сплю,
а вспомнив,
забыл...
(Если кто-то нянчит
заблудшие души скромных
земных докторов, он должен
был сон мой прервать на этом)
...узнал по внезапной дрожи
и разнице с тем портретом,
который забыл - а руки
такие же, по-крестьянски
мосластые, ткали звуки,
рисующие в пространстве
узор тишины..
ОН - Подайте, прошу вас, скальпель...
Все, поздно... Стоять напрасно
не стоит, у нас не Альпы
швейцарские, здесь опасно,
пойдемте. Вы мне приснились,
я ждал, но вы опоздали.
(Стемнело).
Вы изменились,
вы тоже кого-то ждали?..
Не надо, не отвечайте,
я понял. Во сне вольготней молчать.
(Мы пошли).
ОН - Зачатье
моё было в день субботний,
когда Господь отдыхает.
Обилие винограда
в тот год залило грехами
Эльзас мой. Природа рада
и солнцу, и тьме, а люди
чудовищ ночных боятся
и выгоду ищут в чуде.
А я так любил смеяться
сызмальства, что чуть из школы
не выгнали, и рубаху
порвал и купался голым...
Таким я приснился Баху,**
он спал в неудобной позе...
Пока меня не позвали,
я жил, как и вы, в гипнозе,
с заклеенными глазами.
А здесь зажигаю лампу
и вижу - вижу сквозь стены
слепые зрачки сомнамбул,
забытых детей Вселенной,
израненных, друг на друга
рычащих, веселых, страшных...
Пойдемте, Седьмая фуга
излечит от рукопашных...
Я равен любому зверю
и знанье мое убого,
но скальпель вонзая верю
что заменяю Бога,
Иначе нельзя, иначе
рука задрожит, и дьявол
меня мясником назначит,
и кровь из аорты на пол...
Стоп-кадр.
Две осы прогрызли
две надписи на мольберте:
рисунки на шуме жизни
рисунки на шуме смерти...
ОН - Истина - это жало,
мы вынуть его не осмелились.
Скрывайте, прошу вас, жалость.
она порождает ненависть,
которая смертью лечится,
когда сожжена личина...
Дитя мое, человечество,
неужто неизлечимо?
...Вот о чем я попытался спросить его в этом сне: зачем, Доктор, вы отправились в Африку? Разве их поблизости, рядом не хватает - таких же несчастных, страдающих, умирающих - в Европе тридцатых-сороковых - мало ли было близких, своих страдальцев?..
Его ответ: нет далеких, есть только близкие. Узнаваемые или неузнаваемые - все живущие в мире - свои, только не все об этом знают, не все догадываются.
Путь от гуманитарных занятий к врачебной практике, с неба на землю - естественен как дождь.
Его кредо, личная вера, звучала почти по-детски: благоговение перед Жизнью.
Вопреки адской орущей тьме и всепроникающей мощи злодейства, вопреки ледяным толщам вселенского равнодушия,- непрестанно льется в мир Ищущий Свет - тихое промышление благотворчества. Действует через нас - простое принятие попечительства.Жалость деятельная - естественная забота о не совсем ближнем... Одни берут на себя детишек, другие старушек, бездомных собак, кошек, птичек; иные способны душевно раскрываться только цветам, другие только картинам, третьи компьютерам, четвёртые старинным вещам...
Принимается предназначение, как правило, без рассуждений, по неодолимому побуждению, сродни инстинкту.
Швейцера позвали - услышал. И отозвался.
И вот ещё любопытный врачебный эпизод. Одна из читательниц "Зачёркнутого профиля" благодарно рассказала мне, что с помощью стихотворения "ДИТЯ МОЁ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО" выдержала трудные роды. На родильном столе, тихо, сосредоточенно повторяя стих наизусть, успешно родила сына. Сперва не поверил. потом понял, что подобные удачи не объясняются психофизиологически, но должны время от времени происходить. И не стихи главное в них, а что-то иное, внесловесное.
Долгие годы трудился в Центральной Африке, спасал людей и зверей. А в Европе прекрасно концертировал на органе. Исследовал жизнь и творчество Баха, исполнял его произведения. Деньги, полученные за концерты, тратил на лекарства и врачебное оборудование для своих африканских пациентов.
БЫЛ ДОМСЕМЬСКИЙ, ТЕПЕРЬ ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕМЬСКИЙ
- Спасибо, я постою.
- Спасибо, мне выходить скоро.
- Посидите сами, устали ведь, вижу.
Отказываюсь, не нравится, когда в битком набитом вагоне городского транспорта благовоспитанные молодые люди, даже и не столь уж молодые и не так уж благовоспитанные, с неудержимой танковой вежливостью предлагают уступить мне своё только что радостно заполненное собственными ягодицами общественное сидение. Чуть не силком тянут и пихают на этот кусочек общественного пространства.Не даюсь,. Ну пробилась седина, ну морщины имеют место, ну и ?.. Обязан соответствовать? Немедленно вжиться в роль старичка? Не обязан. Нравится слегка пританцовывая потоптаться стоймя. Особый кайф -когда есть за что ухватиться вытянутой рукой и повспоминать весёлую страшную жизнь наших древесных предков.
Вот что скажу вам, проработав полвека врачом:
старость случается, да, но возраст здесь не при чем.
Не заглядывает в наши календари живая небесная бездна:
затхлою древностью пахнет здоровая юная бездарь.
Тот же, кому вручён самоотдачи божественный дар,
может как зверь болеть, но не бывает стар.
О том расскажет и постель нам,
и Соломон и Суламифь:
господство Духа беспредельно,
а возраст - глупый детский миф.
Неправда, что никто не вечен:
есть Переход, а смерти нет.
Ни пятьдесят, ни сто - не вечер,
не ночь, не сумрак, а рассвет.
*****
Пока писал предыдущее, сверкнула догадка. Если спасти мир суждено Красоте, то это красота человеческих взаимоотношений. Красота общения. Красота взаимоприятия. Красота взаимопонимания. Красота умения помогать и беречь друг друга. Красота доверия. Красота искренности, бережной искренности.
То, что можно назвать психологической цивилизованностью. Душевной культурой...
Как ни называй, слов не хватит. Живые образцы есть. О некоторых я рассказывал -, о счастье общения с ними, живого общения. Но этого мало. Общайся со светоисточниками вживую - смотри, слушай, верь, удивляйся, вдумывайся - почувствуешь и поймёшь.
ПРОЗРЕТЬ, ЧТОБЫ УВИДЕТЬСЯ
А вдруг получится прозреть
лишь для того, чтобы увидеться,
в глаза друг другу посмотреть
и помолчать, и не насытиться...
А не получится - пойдем
в далекое темно
и постучимся в тихий дом,
где светится окно.
И дверь откроется, и нас
Хозяин встретит так обыденно,
что самый умудренный глаз
не разглядит, что он невидимый.
И мы сгустимся у огня,
и сбудется точь-в-точь:
ты путешествуешь в меня,
а я в тебя и в ночь...
Слова и музыку к этой песне я, 24-летний студент, написал в московском метро, на станции Чистые Пруды (тогда Кировская)
Писал после тяжкой разрывной ссоры с первой женой - Аллой Чудиной. Сидя на мраморной холодной скамейке, не обращая внимание на плотные массы людей, входивших в поезда и выходивших. На листке бумаги корябал шариковой ручкой слова, некоторые расплылись от капавших слёз.
На том же листке с другой стороны криво-косо начертил нотные линейки, на них ноты мелодии.
Да, вот так, сразу из головы - кольцо само-взаимо-поддержки: боль помогает творчеству; творчество помогает боли.
Вот что получилось, и уже не первый год живёт в аудиозаписи.
Вокал: Алла Чудина.
Гитара: Максим Леви, наш сын, родившийся через несколько лет.
Ссылка на песню на сайте, чтобы прослушать: http://www.levi.ru/files/levitaminy/love/07-a_vdrug.mp3
А вот красота, приснившаяся мне в 9-летнем возрасте. Очень хотелось что-нибудь красиво нарисовать и подарить в день рождения папе.
Никак не мог придумать, отчаянно огорчался.
И вдруг красиво приснилось.
Осталось только запомнить сон и по памяти нарисовать акварелью.
Папе понравилось. Поместил в рамку. До сих пор дома хранится..
Через годы к детской картине пришли взрослые стихи.
ГДЕ СПЯТ УРАГАНЫ
Залив.
А может быть, река.
Не помню...
Были облака,
их больше нет.
Горит заря,
но где-то там,
где Тайну знал,
а здесь - не знаю,
откуда свет,
благодаря
какому чуду
...Вспоминаю:
свет светит сам,
да, светит сам,
но он обязан
и жемчугу
своим экстазом,
и изумруду...
Там я был
тому назад всего лишь вечность.
Из лодки видел оконечность
полувоздушной суши - мыс,
теряющий себя как мысль,
и эти скалы:
их оскалы
прикрыл покладистый песок,
а где не вышло - как лекала
лишайник лег наискосок
и лбы осеребрил, и тени
подземных солнечных сплетений...
...И это дерево - я был им,
боговетвистым, солнцекрылым, -
я плыл сквозь воздух и дышал
спокойствием...Мои стрекозы
и птицы... я их целовал,
дарил цветы, плоды и слезы...
А свежий ветер веселил
мне листья,
страницы снов моих листая,
венки сплетая и расплетая -
спросил однажды:
- Что такое смерть?
Я отвечал:
- Как посмотреть.
Вот небо. Небо убивает.
- Ты шутишь?.. Смерти не бывает.
- Шучу, конечно. Вот земля:
жизнь начиналась с ноты Ля,
ну а потом...
- Я понял. Можно
тебя погладить осторожно?..
- Да. Ветку к ветке прикосни,
вздохни... угомонись... усни...
- А что такое сон?
- Работа.
Но у нее другая нота,
другие краски и холсты.
Пройдешь сквозь ближние кусты,
вздохнёшь, травинку потревожишь,
волне к волне прильнуть поможешь -
уснут вдвоём: счастливый сон
бывает только в унисон...
И ветер вдруг на дальний берег
понёсся, как табун коней
в кинокартинах прошлых дней -
туда, где мыс для глаз потерян,
есть или нет - сам не уверен,
и непонятно, спят ли камни,
и есть ли, по легенде давней,
у камня каждого душа
и ум... А вдруг и петь умеют,
и уравнения решать?..
А захотят - раскаменеют
и оживут, и Бог Камней
заговорит?..
...Нет, каждый знает
своё. Молчит. Не вспоминает,
что в заводях спокойных дней
спят ураганы...
*****
Друзья, спасибо за ваше внимание, время, радость общения и скорую обратную связь, в которой не сомневаюсь и буду с нетерпением ждать.
|
